Если по какому-то показателю Россия и опережает любую страну мира, то это по количеству объединений, желающих уверить рядового гражданина в том, что они объединяют коммунистов. “Коммунистическая партия Российской Федерации”, “Российская коммунистическая рабочая партия – Революционная партия коммунистов”, “Всесоюзная коммунистическая партия большевиков”, “Российская коммунистическая партия — КПСС”, “Коммунистическая партия Советского Союза”… при каждом подобном объединении – ещё и молодёжная организация, а то и несколько.

Вопрос о том, есть ли в России коммунисты, кажется нелепым. И всё же… не станем пока копаться в партийных программах (два десятилетия, прошедшие со времени гибели Советского Союза, заставили нас хорошо запомнить, что в программах, в конце концов, может быть записано всё, что угодно, – и при этом даже совсем не обязательно, что о содержании программы хорошо осведомлены рядовые члены организации, живущей с этой программой), а взглянем на самое главное, – на дела. И, ясно, на обстановку, в которой эти дела творятся или должны твориться.

После гибели Советского Союза и уничтожения Советской власти в России российская левая общественность (представители которой любят себя называть “коммунистами”) получила в своё распоряжение “поле” из нескольких десятков миллионов грамотных, дисциплинированных, готовых жертвовать собой и боеспособных рабочих. Не будем, опять же, рассуждать, как получилось так, что значительная часть этой силы в последние годы существования СССР оказалась под влиянием врагов народа и стала даже, по видимости, бороться против власти Коммунистической партии (нужно, конечно, помнить, что за лица руководили тогда Коммунистической партией Советского Союза, и что за люди проводили их линию на местах), – был позор, ладно. Но вот Советский Союза рухнул, Советы были расстреляны и растоптаны… раньше, допустим, “господа демократы” кормили рабочих сказками о красивой жизни, которая обязательно придёт при капитализме, рабочие, допустим, им верили, – но вот сказки закончились, началось действительное строительство капитализма, обернувшееся для рабочих, крестьян и рядовых служащих голодом, нищетой, безработицей, разгулом бандитизма и прочими “прелестями”. Ладно, повторимся, допустим, “демократам” удалось обмануть рабочих во времена СССР, допустим, коммунисты не смогли этому помешать, – но теперь-то?!

Может быть, коммунисты старались, но народ их не поддерживал? Возможно, так быть и могло, – но было-то совсем-совсем не так. Больше двух сотен депутатов от “КПРФ” в российском “парламенте” сидели ещё не так уж и давно, – их сидение закончилось в 1999 году. Летом 1996 года за кандидата в президенты от “КПРФ” Зюганова проголосовало около половины граждан, пришедших на те “выборы”. Про выборные успехи “КПРФ”, впрочем, большинство заинтересованных людей и так знает, и ругани по этому поводу всегда было достаточно. Ну, ладно, опять же: “КПРФ” – это не коммунисты, допустим, а те же самые “демократы”, только похитрее; и они, значит, опять умудрились обмануть рабочих и крестьян. Но даже если и в это поверить (хотя не много ли уже приходится брать на веру?), – то оставалась ещё громогласная левая общественность “левее КПРФ”. Про миллионы избирателей КПРФ, которых Зюганов и компания предали, все знают, – но отчего не вспомнить о том, что даже по данным ельцинской ЦИК блок “Коммунисты – Трудовая Россия – За Советский Союз”, список которого возглавляли вожди “РКРП” и “Трудовой России” Тюлькин и Анпилов, получил поддержку более чем 3 миллионов избирателей? “Коммунисты левее КПРФ” тоже пользовались поддержкой миллионов, – и что?

Господа из “КПРФ” иногда, по большим праздникам, рассказывают, что в 90-ые годы они “предотвратили гражданскую войну”; ещё охотнее это о них говорят буржуазные журналисты. Всё это – необоснованное восхваление и самовосхваление: не меньшая заслуга в “предотвращении гражданской войны” принадлежит и другим “коммунистам”, а не только Зюганову и его поклонникам. По стране “гуляло” значительное количество оружия, среди “коммунистов” было (и до сих пор остаётся) немало лиц, долго служивших в Советской Армии или спецслужбах и сохранивших отношения с “нужными людьми”, – но единственное, на что у них хватило выдумки, это “предотвратить гражданскую войну”. На протяжении “лихих девяностых” “священный союз” чиновников, капиталистов и бандитов уничтожал и калечил рабочих и крестьян на работе (тогда из-за несчастных случаев на производстве гибло по пять – шесть тысяч человек ежегодно) и вне работы, – а “коммунисты” занимались тем, что не давали этому избиению превратиться в гражданскую войну. Они не вооружали рабочих и крестьян, – и они не призывали трудовой народ вооружиться самостоятельно; мы ещё не сошли с ума, чтобы корить их за это и подводить себя под статью № 282 “УК РФ”, – но разве коммунисты, даже просто чтобы были какие-то основания их называть “коммунистами”, могли себе позволить такое поведение? Ясно, что нет. Поверивших им людей “коммунисты”, на деле, сдали на растерзание их врагам, ограничившись воинственными по форме (и крайне убогими по содержанию) речами и призывами к “всероссийской политической забастовке” (как будто это – способ борьбы против людей, уже показавших в 1993 году свою решимость, если им будет нужно, бросить против народа отряды головорезов и танки). Было ли их поведение нравственным, – пусть каждый сам для себя решает. С деловой же точки зрения можно сказать, что общественность “левее КПРФ” принесла трудовому народу ещё меньше пользы, чем сама “КПРФ”: если “КПРФ” через “парламент” делала для трудящихся хоть что-то, то партии “левее КПРФ” не сделали для трудового народа вообще ничего.

Не сумев использовать условия, существовавшие в “лихие девяностые” (думаем, можно согласиться, что для умной коммунистической агитации они были довольно благоприятными), “коммунисты” тем более ничего выдающегося не смогли сделать в “спокойные нулевые”. “Коммунисты” не извлекли никакой пользы из возникших в первые годы XXI века противоречий внутри класса капиталистов (выразившихся в “громких” уголовных делах и судебных процессах против капиталистов Гусинского, Березовского, Ходорковского и других), не смогли или не захотели создать новые формы работы с широкими народными массами, “проспали” упорядочивание и укрепление правления капиталистов и свёртывание даже тех свобод, которые ещё существовали в конце XX века (всё это могли и должны были сделать коммунисты, вооружённые учением Маркса – Энгельса – Ленина — Сталина), провалили теоретическую работу и проводили первое десятилетие XXI века побитыми, потерявшими в численности, лишившимися доверия масс, но твёрдо уверенными в том, что они – “коммунисты”, причём каждый из них лично – самый “правильный”.

Итак, коммунистов на сегодня в России нет, – а если и есть, то очень мало. Но откуда же эта мода на имя “коммунистов”? Всё просто. За словом “коммунисты” стоят не только провалы 1990-ых и 2000-ых, – за этим словом стоят, прежде всего, величайшие успехи, достигнутые советским народом под руководством Коммунистической партии. Индустриализация, коллективизация сельского хозяйства, Победа в Великой Отечественной войне, послевоенное восстановление народного хозяйства, покорение Космоса, – всё это достигнуто под руководством Коммунистической партии и благодаря ему. Могли ли наши прадеды, деды и отцы, сражавшиеся на фронтах Гражданской и Великой Отечественной войн, рывшие Беломорско-Балтийский канал и возводившие Сталинградский тракторный завод, восстанавливавшие страну после войны и готовившие полёт Гагарина, – могли ли они предположить, что пройдёт всего-то пятьдесят – семьдесят лет, и их успехи, небывалые в истории человечества, станут основой для “политического капитала”, который будут пускать в оборот зюгановы, тюлькины, анпиловы, пригарины и прочие? К сожалению, получилось именно так.

Сама мысль о том, чтобы жить на проценты с “политического капитала”, созданного советским народом под руководством Коммунистической партии, под водительством Ленина и Сталина, вызывает у нас отвращение. Мы не желаем паразитировать на советском наследии. Мы считаем звание коммунистов слишком высоким для себя, – потому отныне и до тех пор, пока не станем достойными его, мы отказываемся от этого имени.

Мы – не коммунисты.

Для себя мы выбрали название социал-демократов.

Прежде всего, потому, что и за ним, как и за именем коммунистов, есть история, – история громадной революционной работы российских интеллигентов, рабочих и крестьян, возглавленной великим Лениным. Именно социал-демократическая партия возглавила победоносную рабоче-крестьянскую революцию в России, именно социал-демократическая партия подготовила её, вооружила рабочих и крестьян винтовками и знанием.

Далее, мы считаем, что как в Российской империи, где возникла большевистская партия, так и в современной буржуазной России чрезвычайно важным направлением работы для марксистов является, собственно, демократическое. Современное российское буржуазное государство – плод государственного переворота 21 сентября – 4 октября 1993 года, в ходе которого Ельциным и его подельниками были уничтожены Советы и наиболее деятельные их защитники. Нет ничего удивительного в том, что в нём действует множество несправедливых, вредящих трудовому народу в целом и отдельным его представителям “законов”, которые ещё и, зачастую, не соблюдаются, – и их несоблюдение со стороны собственников средств производства и их слуг делает положение народных масс ещё более тяжёлым, ещё более невыносимым. Свобода собраний, свобода слова, свобода общественных объединений и союзов, – всё это если не уничтожено, то сильно урезано; о более-менее равном доступе к образованию и здравоохранению зачастую не приходится и говорить. Всё это больно бьёт, прежде всего, по рабочим и крестьянам, которые, зачастую, не имеют даже возможности получить верные данные о собственном положении, о своём месте в современной России, – не говоря уже о средствах улучшения этого положения.

Наконец, немаловажным для нас стало и такое соображение. Слово “социал-демократ” “измазано” не меньше, а намного больше, чем слово “коммунист”. Есть в этом и заслуга наших соотечественников, – меньшевиков, – хотя основной вклад в “пачкание” внесли, конечно, западноевропейские социал-предатели. В то же время, за словом “социал-демократ” нет того “политического капитала”, который есть за именем коммунистов. Революционными социал-демократами себя могут назвать лишь те, кто окончательно отказался от жизни за счёт громкого имени, кто готов приступить к действительной революционной работе (в каких бы формах, – мирных или не очень, – она ни велась), кто, в конце концов, готов зарабатывать себе авторитет в массах, зарабатывать “с нуля”.

Мы – лишь в начале пути. Но этот путь – правильный. И мы пройдём его. Власть в России вновь вернётся в руки рабочих и крестьян, трудовой народ вновь станет хозяином земли и станков, улиц и домов, – и, самое главное, хозяином самому себе. Все средства производства окажутся в общественной собственности и будут управляться и развиваться планомерно и согласованно, для всё более и более полного удовлетворения растущих человеческих потребностей. К этому ведёт историческое развитие, – этого добиваемся мы.

Да здравствует возрождённая Российская социал-демократическая рабочая партия!

Да здравствует Советская власть!

Да здравствует коммунизм!

Пролетарии всех стран, соединяйтесь! Все труженики, все угнетённые, все, кому приносит боль и страдания капиталистическое общество, – объединяйтесь вокруг революционного пролетариата!